Недельник 14-20.09.2016

Штрафное подразделение (рабочее название фрагмента "Заключенный 2456")

предыдущий фрагмент

100x100

С самого начала мы неизбежно двигаемся навстречу смерти. Это гарантировано нам самим актом рождения. Все, что между рождением и моментом смерти - лишено всякого смысла. Это обреченное блуждание вслепую. Мы больше ничего не должны, свободны от обязательств, но лишены и цели, не нужны никому, даже самим себе. Дары Проклятья, свободная воля - это всё, чем мы можем себя утешать в пути, бредя к пропасти, к бездонной, клокочущей в безумном хохоте пасти небытия. Наши стройные ряды смешались, мы ковыляем, случайно натыкаясь друг на друга, обманывая себя глупой надеждой на судьбоносность и спасительность этих встреч. Мы разобщены, одиноки и слабы, несмотря на то, что наша нетвердая поступь сотрясает основы мироздания. Мы разрушаем, поскольку лишены вдохновения Великого Архитектора. Мы пусты, несмотря на переполняющие нас гнев, отчаяние, страх и растерянность. Мы будущее и, возможно, конец этого мира. Орудия рассоздания и противотворения...

***

Трескучее мелькание колец энергий чередовалось со всполохами ледяного пламени. Размеренное движение размытых массивных фигур, беспрекословно исполняющих беззвучные приказы. И необычное существо, распятое на алтаре. Жуткая шутка извращенного помутившегося рассудка. Плоть, перемежающаяся с камнем. Камень и плоть, находящиеся в постоянной схватке между собой за власть над будущим несчастного создания. Раз за разом они сходятся в смертельных атаках, и камень, когда-то неуязвимый, с каждой волной пула клеток чуждой плоти, все отступает и отступает. Но вот разряды молний участились, концентрируясь в сверкающем водовороте энергий над головой существа. И в момент, когда предел был достигнут, поток небесного электричества устремился к исковерканному, борющемуся с самим собой телу существа. Существо выгнулось, раскрыв рот в беззвучном крике, и распахнуло глаза...

***

Другие времена, но та же боль. 

Тысяча дней и ночей, неотличимых друг от друга. Три долгих года, покрытых сырым мраком камеры секретного блока "Штормовки" - головного учреждения в системе штормградского управления исполнения наказания. Здесь человеку даже не имело бы смысла открывать глаза, все обволакивала тьма, но зрение дворфов все же позволяло разглядеть койки, стол и лавку, прикрученные к полу и стенам, рукомойник и отхожее место. 

Глухой голос, наполнивший камеру и послуживший причиной пробуждения, монотонно, как и каждый проклятый день ранее, зачитывал обычное "утреннее" обращение к узнику.

- Доброго утра, заключенный 2456. Раскаяние и повиновение! Напоминаем, что после подъема Вам следует сложить свое спальное место и осуществить обязательные гигиенические процедуры. Расправлять спальное место в "дневное" время - запрещается. Шуметь, петь, осуществлять межкамерную связь - запрещается...

Заключенный 2456 автоматически выполнял инструкции голоса. За проведенное здесь время он успел убедиться, что за исполнением им инструкций пристально следят, несмотря на непреодолимый для глаз хозяев тюрьмы мрак.

- Счастливого отбытия заслуженного наказания!

- И тебе того же,  - буркнул на прощание дворф. 

Соседа по камере уже забрали на допрос. Странный он. Его подсадили на второй год. Новичок оказался общителен, неоднократно пытался завязать разговор со старожилом, но тот не мог поверить в искренность желания соседа поболтать, воспринимая его попытки вывести на разговор за очередную провокацию хозяев тюрьмы. Вдвойне усиливало это подозрение то, что новичок также был дворфом. Он много рассказывал о себе. Как в юности он исполнял работу служки в Храме Света на границе Каз Модана и королевства Штормград, но в конечном итоге был отлучен от Церкви за то, что принял "ересь титанидов". Как через некоторое время стал аббатом этой секты. Заключенный 2456 не был знатоком в теологических вопросах. Он конечно знал о Титанах, находках Лиги Исследователей в Ульдамане, Ульдуаре и Ульдуме, но метафизическая подоплека "ереси титанидов" ему была неизвестна. Единственное, что он знал наверняка, что незадолго до того, как его "закрыли", данная секта была объявлена официально запрещенной религиозной организацией в Штормграде и всех остальных человеческих королевствах, а за ними - в Стальгорне, Заоблачном пике и многих других местах. Причиной было то, что сектанты, как и сторонники Сумеречного Молота, вроде бы говорили о необходимости приближения конца всему живому в мире. В общем, поначалу 2456 предпочитал молча слушать соседа, перекидываясь с ним лишь парой необходимых для осуществления совместного камерного быта фраз. Имя которым представился сосед - аббат Фарьярр, не вызывало никакого шевеления в памяти 2456. Но, видимо, сектант много знал, поскольку проводил больше времени на допросах, чем в камере. Чаще всего его возвращали, когда 2456 спал "ночью" или дремал, сидя за столом, в запрещенное для полноценного сна время, и у Фарьярра сформировалась дурацкая привычка будить 2456 своими разговорами. Первое время 2456 вздрагивал, услышав вдруг сквозь сон хриплый полушепот соседа, но вскоре привык. От нечего делать он стал прислушиваться к содержанию монологов сектанта. Поначалу все воспринималось как бред. Убеждения аббата включали в себя много странных идей. Он утверждал, что Азерот есть Спящий Титан, охрана которого в ожидании его пробуждения - основная задача титанидов и их потомков, в частности дворфов. Также рассказывал легенду о том, что Титан был ранен во время Войны Творцов с Древними Богами, а рана та стала тем самым Источником Вечности, из которого в незапамятные времена черпали свои магические силы высокорожденные эльфы.  Часто аббат-сектант шептал о древних машинах Титанов, способных уничтожить паразитирующие на теле Азерота народы, забывшие свое предназначение, причиняющие боль Спящему и в конечном итоге приближающие его осквернение либо смерть. Рассуждения о необходимости очистить погруженного в сонные грезы Титана от паразитов попали в цель, посеяв в мизантропичной душе 2456 зерна согласия с идеями аббата, которые со временем дали всходы твердой убежденности в правоте Фарьярра. Аббат называл Пылающий Легион злом, но в то же время говорил о том, что цель Саргераса несет спасение всей Вселенной, хоть и приведет к гибели самого Азерота. Фарьярр говорил, что это недопустимо, что должен существовать и другой выход. К началу третьего года аббат получил в лице 2456 весьма внимательного слушателя. Аббат не пытался расспросить соседа о его прошлой жизни, вероятно боясь отпугнуть такими столь подозрительными вопросами, и 2456 это вполне устраивало. Сидя спина к спине на лавке они разговаривали, шепотом спорили, аббат делился с 2456 знаниями о Титанах, их могуществе, водя в темноте пальцем по столу, учил понимать смысл некоторых рун Хранителей, вещал о цели в жизни каждого Дворфа, постепенно заполняя вакуум души 2456. Так за разговорами миновал и третий год его заключения...

И однажды 2456 разбудил не монотонный голос тюремного инструктора, а удар поддых. 2456 сбросили на пол, придавили, накинули мешок на голову и сцепили кандалами руки за спиной, после поволокли по темному коридору. Затем мешок с головы сдернули, и отвыкшие от света глаза резануло болью. Дворфа подхватили с двух сторон и метнули грудью на стойку.

- Назовите свой номер... Назовите свой номер - не дождавшись скорого ответа, сухой канцелярский голос еще раз повторил свой вопрос все еще очумевшему от света и обилия звуков дворфу.

- 2456, - щурясь, пробормотал дворф.

Человек за стойкой перелистнул документы.

- Вас переводят...

- Что? Куда? - попытался выяснить дворф.

- Это ваше последнее неожиданное путешествие, - мрачно пошутил человек.

- Смешно, аж повеситься хочется, - оценил юмор дворф. - Спасибо за гостеприимство, будьте подружелюбнее с моим соседом.

- Наденьте ему обратно мешок.

Охранники кинулись со всем рвением выполнять приказ, и вновь поволокли дворфа в неизвестную даль. Коридоры сменялись лестничными переходами, под ногами порой хлюпала вода. Затем дворфа метнули по скользкому желобу куда-то вниз, он пролетел десяток метров и рухнул лицом об пол. Его снова вздернули на ноги, потащили и усадили на стул, накрепко привязав к нему руки и ноги, сорвали с головы мешок и оставили одного ярко освещенной пустой комнате. Через минуту входная дверь распахнулась и дворф услышал очень знакомый хриплый голос.

- Привет, Босс, давно не виделись...

В проеме стоял дворфийский шаман, держа в руках ящик, содержимое которого венчала ярко-красная широкополая шляпа.

А в это время оставшийся далеко позади в недрах Штормовки человек за стойкой еще раз взглянул в документы 2456 и недоуменно сморщил нос. В одной из граф напротив номера заключенного красными чернилами была сделана пометка: "Особо опасен. Содержать в камере одного!".



Дела Дворфийские, Дела Гильдийские 

tunnel syndrome

На самом деле, Дворфы, крайне неожиданно. Вдруг посреди обыденной подготовки к освоению рейдового контента Молот Вульрайс возвал к дворфийскому эго и подтолкнул на подвиги. Результатом стали ажно три новых достижения гильдии, связанных с прохождением подземелий ровно на 5 Дворфов в эпохальном режиме.

http://ru.wowhead.com/achievement=10859

http://ru.wowhead.com/achievement=10857

http://ru.wowhead.com/achievement=10858

Не скажу, что это была, как заявил бы Команданте Котейки, "Изи катка". Реально было пока весьма сложно, особенно на последнем Боссе Чертогов Доблести - Одине, где ваш покорный автор вторую половину боя вынужден был из-за своей кривоногости лицезреть с галерки. Но зрелище было эпичное. Оставшиеся в живых Дворфы порхали как бабочки, жалили как пчела, проглотили молнию и грянули громом. Эпична!



Дисфорио "Пуля В Голове" (ГМ "Вульрайс") 

Комментарии   

Пилснер
+1 # Пилснер 21.09.2016 09:27
Дис, как всегда Эпично!)
Дисфорио
+1 # Дисфорио 21.09.2016 09:29
Спасибо, Команданте, мой самый преданный читатель!
Бронзобров
+2 # Бронзобров 21.09.2016 11:07
Туннельный синдром))) знакомо. Круто Дис! Атмосферу мрачную в сырой камере обалденно описал!
Дисфорио
+1 # Дисфорио 21.09.2016 12:19
Спасибо, дружище!
Щорс
0 # Щорс 21.09.2016 19:26
Годно.

У вас недостаточно прав для комментирования! Пожалуйста, авторизуйтесь, пройдя по ссылке